aif.ru counter
03.02.2014 18:18
181

Шрам блокады. Жительница Камчатки об испытаниях военного времени

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 5. «АиФ-Камчатка» 29/01/2014
В Кирилловском детском доме. / Из личного архива Сергея Абросина

Первые испытания

Когда началась Великая Отечественная, Нине Бертовой ещё не исполнилось и 7 лет.

– Кем трудились родители — не помню, большинство моих воспоминаний основаны на рассказах старшей сестры Таисии, — говорит Нина Ивановна. — В нашей семье было 8 детей. Четверо из них умерли совсем маленькими задолго до Великой Отечественной. А самый старший брат погиб ещё во время русско-японской войны. Я поздний ребёнок. На момент моего рождения родители уже были пенсионерами.

…Как рассказывала Нине сестра, многие жители Советского Союза предполагали, что в любой момент может разгореться вооружённый конфликт, об этом писали и газеты. Поэтому отец Нины перед началом войны уехал в Финляндию, где в тихой деревушке построил дом, куда впоследствии забрал свою семью. А потом…

– Я помню день, когда пришли какие-то люди и всех русских, проживающих в этой деревне, выгнали на улицу. Отец уже к тому времени умер. Затем нас со всеми вещами посадили на повозки, запряжённые лошадьми, и повезли в Ленинград. Помню, я услышала какой-то свист. Как позже мне рассказала сестра, это была мина, на которую наступила лошадь. Животное погибло, а нас раскидало в разные стороны, слава богу, мы все остались живы. Но осколок от мины попал мне в верхнюю часть бедра. Шрам остался до сих пор.

Уже в Ленинграде мама и сестра отправились искать госпиталь или медицинскую сестру для Нины, а она, раненая, ждала их на улице вместе со всеми вещами. Долгое время родных не было. В этот момент к ребёнку подошла какая-то женщина и, воспользовавшись беспомощностью маленькой девочки, забрала все вещи.

– Когда мама и сестра вернулись, я стояла и плакала возле забора. Увидев, что нет вещей, они сразу всё поняли, но тогда важней было отнести меня в госпиталь, чтобы вытащить осколок. После небольшой операции нас отпустили домой, но идти было некуда, поэтому мы просто сели возле какого-то здания, не зная, как поступить, — рассказывает Нина Бертова. — Ночевали в поезде, а затем милиционеры отвели нас в какое-то здание…

Нина Бертова. Фото: Из личного архива

Горечь потери

8 сентября 1941 года — день, навсегда врезавшийся в память миллионов ленинградцев. Началась долгая и мучительная блокада, 900 дней и ночей жители города находились в постоянном страхе. Голод унёс жизни сотен тысяч людей.

– Когда фашистские самолёты бомбили город, мы прятались в убежищах. Было очень страшно. Временами казалось, что этот кошмар никогда не закончится, — говорит Нина Ивановна. — Мы с сестрой ходили побираться к церкви. Мама тогда совсем слабая была, практически не ходила. Выкручивались как могли. Хорошо хоть паёк получали за брата, воевавшего на фронте.

А однажды маме стало совсем плохо, за ней пришли люди, чтобы отнести в госпиталь. Я хотела пойти с ней, поэтому вцепилась в её ноги и не отпускала до самой больницы. Нас положили в одну палату, кровати стояли рядом. Потом мы уснули, а когда я утром открыла глаза, увидела, что мама умерла. Она лежала накрытая простынёй. Я расплакалась, после чего меня отвели к солдатам. Они дали мне чью-то одежду, а потом пришла пожилая женщина и увела меня то ли в детский сад, то ли в школу.

Детский дом

После снятия блокады Ленинграда Нину вместе с другими сиротами отправили через реку Ладога в Череповецкий детский дом.

– Когда добрались до пункта назначения, всех детей накормили, помыли. В то время было много вшей, поэтому каждого ещё и обрили наголо. Помню, лежали мы на полу на матрасах. Народу много, все перепуганные.

…Недалеко от детдома пленные немцы строили речной вокзал. По словам Нины Ивановны, к нашим детям они относились очень хорошо. Угощали конфетами, шоколадом, сахаром. Но воспитатели ругали ребят, которые что-либо брали у фашистов.

Через некоторое время детей снова собрали в путь — в деревню Глазово.

– Приехав туда, мы постоянно лежали, так как от голода не могли даже ходить. Нас там откармливали, помню, давали гоголь-моголь и клюкву, — с грустной улыбкой вспоминает Нина Бертова.

С мужем. Фото: Из личного архива

Затем из Глазова ребят перевезли в Никольский Торжок Вологодской области. Жили в 2-этажном здании. А голод по-прежнему оставался одной из главных проблем, поэтому детвора ходила в соседнюю деревню просить еду.

Об окончании войны Нина узнала, когда была в Кирилловском детдоме № 2.

– Этот день я помню хорошо. Стоя около дороги, мы с подругами увидели, что едет много автомобилей, танков, а на них сидят солдаты, держат в руках красные знамёна и кричат: «Война кончилась, война кончилась!» Все люди выбежали на улицу, стали хлопать, кричать «ура!». Военные кидали нам пряники, конфеты. Нашей радости не было предела.

После войны

После войны нашлись её старшие брат и сестра. В 14 лет Нина поступила в школу фабрично-заводского обучения в Переславле-Залесском. Её трудовая деятельность началась на фабрике по изготовлению нитей для рыболовных сетей. Проработав там 5 лет, девушка уехала работать на Куйбышевскую ГЭС. Осенью 1955 года 21-летняя Нина познакомилась со своим будущим мужем.

– Мы встретились на танцах, где он был гармонистом. Когда закончилось его выступление, он подошёл ко мне и пригласил на танец, так начались наши отношения, — вспоминает Нина Ивановна.

Потом они поженились, а в 1957-м родился сын Евгений. После 8 совместных лет в браке жизнь с мужем не заладилась, и Нина сбежала от него… на Камчатку. В 1964 году она устроилась в холодильный цех рыбозавода в Апуке. Но вскоре завод закрыли, и судьба занесла Нину в Усть-Камчатск.

В общежитии на Первом заводе на Нину обратил внимание молодой мужчина, который сразу приступил к активным ухаживаниям.

– Я очень не хотела выходить замуж во второй раз. Поэтому бегала от него как от прокажённого. Обращалась даже в милицию за помощью. Но со временем он добился моего расположения. И я ничуть не жалею — мы прожили вместе 21 год, и за это время он меня ни разу не обидел.

С сыновьями. Фото: Из личного архива

В 1965 году Нина и Алексей поженились, через год на свет появился сын Олег. В это время старший сын Евгений проживал у тёти в Ярославле.

– Уезжая на Камчатку, я оставила Женю у Таисии, ведь я не знала, как здесь будут обстоять дела с работой и жильём. Каждый год я навещала сына, несколько раз он приезжал сюда. Некоторое время даже жил здесь со своей женой. К сожалению, Женя погиб, но от него у меня остались прекрасная внучка и двое правнуков…

В конце 60-х годов семья Бертовых переехала в посёлок Новый. Нина устроилась кассиром в парикмахерскую при комбинате бытового обслуживания, а Алексей продолжил трудиться в порту грузчиком-такелажником. Через три года Нина Ивановна перешла работать в фотографию, открывшуюся при КБО, где и трудилась до пенсии. Сейчас она в основном сидит дома, на Погодном. В свободное время читает различные газеты и книги, смотрит телевизор, занимается домашними делами. И среди множества вручённых ей наград самой дорогой она считает медаль «Жителю блокадного Ленинграда, 900 дней, 900 ночей»…

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество