aif.ru counter
436

Кореец Витя: «Ничего корейского во мне не осталось!»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 49. «АиФ-Камчатка» 01/12/2015
В Корее строят много и быстро.
В Корее строят много и быстро. © / Виталий Колбасин / АиФ

«По Южнокорейским меркам мы — малоимущие. А по нашим — вполне зажиточные. Можно, конечно, от всех благ, что там дают, отказаться. Но за три года мы ещё не всё посмотрели…».

С Виктором Николаевичем — так он назвался — мы познакомились случайно: он сел на моё место у окна в автобусе на Мильково. Отношения выяснили мирно: мужчина согласился пересесть. А потом слово за слово, и он поведал свою историю...

Кореец Витя

– Родителей моих пригнали в 1942 году из Кореи на Сахалин японцы, — под мерный шум мотора рассказывал мой попутчик. — Тогда Корея была под оккупацией, и её жителей принудительно переселяли для работы на шахтах — южный Сахалин принадлежал Японии.

Много позже после окончания Второй мировой войны международный Красный крест добился, чтобы Страна восходящего солнца приняла программу возмещения нанесённого ущерба корейцем, пострадавшим от интервенции. В нашей семье было четверо детей, я — самый старший. Брат и сестра до сих пор на Сахалине. Сестра преподаёт в университете в Южно-Сахалинске, она и узнала о программе, нас с женой записала. Требование было такое: год рождения 1945-й, и не позднее октября месяца. Я как раз попадаю в этот промежуток — семьдесят лет в 2015-м.

На Камчатку меня призвали в армию, я остался и так всю жизнь здесь и прожил. В 1968 году приехал в Лазо — посёлок в Мильковском районе, за переправой, на правом берегу реки Камчатки. Я был связистом, участковым техником-механиком на линейно-техническом участке, обслуживал четыре посёлка: Лазо, Атласово, Таёжный и Долиновку. В 1971 году переехал в Мильково — я, кстати, принимал участие в организации в 1974 году телевещания на село, работал тогда начальником цеха. Прожил здесь до 2012 года, пока не переехал в Коре.

Татьяна Боева, kamchatka.aif.ru: У вас семья, дети?

Виктор Николаевич: Да, четверо. Трое на Камчатке, все с образованием. Как только сюда приезжаем — все сразу к нам… Старшая дочка подарила трёх внуков, сейчас ждём ещё одного — от сына. А так хочется девочку!

– Почему приняли решение уехать с Камчатки?

– Просто посмотреть! Интересно же увидеть исконную родину родителей. И жена у меня очень любопытная — она хохлушка, любит странствовать. «Поехали!» — и всё! Конечно, там хорошо — как праздник какой-то. Выйдешь на улицу: везде тренажёры, водные источники. Чисто, уютно, красиво. Чтобы вымазаться — не найдёшь места. У них тротуары все выложены кирпичами, есть беговые дорожки, велосипедные. Постоянно фестивали разные, праздники — мы с женой любим ходить по цветочным выставкам. Улицы моют…

В Корее чисто, уютно и красиво.
В Корее чисто, уютно и красиво. Фото: АиФ/ Фёдор Устюгов

– Как вы вписались в корейское сообщество?

– Сказать, что вписались — не очень будет правильно. Переехали мы кланом — 67 семей из Сахалина, Москвы, Хабаровска, Ташкента. Но лидирует Сахалин. Все живём в одном районе, общаемся, у нас свой клуб стариков — и местные, и мы вместе проводим время. Сложился коллектив из четырёх семей, мы держимся кучкой. Это очень удобно — досуг, путешествия…

Менталитет сносный — вполне можно смириться. Единственное, что плохо — когда идёшь в больницу, надо же знать, что сказать. А мы в разговорной речи не очень, хотя читать и писать умеем.

– Почему? Вы ведь настоящий этнический кореец!

– Пока мы находились в России, я всё забыл. С родителями разговаривал, конечно, до 18 лет. А потом… 50 лет в России, 30 из них в Милькове — ничего корейского во мне не осталось!

В Корее другое отношение к людям.
В Корее другое отношение к людям. Фото: АиФ/ Фёдор Устюгов

До конца жизни

– В какой город вас переселили в Корее?

– В Кимпо. Это новый город, строят там много и удивительно быстро, все высотки, по 25-30 этажей. Представляете, вечером ложусь спать, просыпаюсь утром — уже два этажа новых стоят! И когда только успевают работать? Ни шума, ни гама, всё чисто! И никакого мата на стройках…

Квартира у нас однокомнатная, 39 квадратов, на 18 этаже, имеем право жить в ней до конца жизни, но только сами — завещать детям не можем. Комната огромная, разделённая, с прихожей и встроенной мебелью, кроватями, холодильником, плитой и даже посудой. А на телевизор нам дали деньги, чтобы купили сами. Мы добавили и купили лучшую модель.

– А как с пенсией?

– Мы здесь, на Камчатке, на пенсии. И там платят пособие — тысячу долларов в месяц на двоих.

– По корейским меркам это нормально?

– Считается самый нижний уровень, прожиточный минимум. Но для нас нормально. И ещё камчатская пенсия — она переводится на карточку или на сберкнижку. Приезжаем сюда и начинаем тратить! (смеётся). А можно перечислять на карточку и получать там, в банкомате. Но мы так не делаем.

– Не жалеете, что уехали из России?

– Понимаете, с другой стороны, там хорошо. Очень даже! Кроме красоты, чистоты и уюта — отношение другое к людям. Не надо стоять в очереди, как у нас. Я в больницу пошёл в Мильково, к глазному — это с ума сойти! У меня резко поднялось давление и произошло кровоизлияние в глаз. Затягивать это нельзя, иначе можно потерять зрение. Простоял несколько часов, дали направление и пришлось ехать в город на приём. Приехал, а в Петропавловске мне говорят: приём будет только через несколько дней. Ну что делать? Пришлось в частную клинику идти, платить. Доктор сказал: нужно ложиться в стационар на обследование, уколы поколоть. Я взмолился: ну помогите, чтобы хоть сейчас рассосалось! Врач выписал капли, полностью описал саму болезнь и отправил меня восвояси. Сейчас вроде бы лучше…

А когда мы приехали в Корею, нас определили в огромную лечебницу среднего класса, через две недели всех начали вызывать в больницу и обследовали с ног до головы, быстро и без очередей — по полисам, по высшему разряду. И каждый год нас проверяют полностью: кровь, давление, желудок, кишечник.

Вполне зажиточные

…Мы продолжали разговор, иногда заикаясь на мильковских гравийных ухабах.

– На корейских дорогах делают ямочный ремонт?

– Нет, ну что вы! Там едет ремиксер, вырезает сразу старое полотно и кладёт новое. Маленьких ямок не нарезают, как здесь. Это всё ерунда, когда говорят, что на Камчатке, мол, холодно, морозы. Вон в Финляндии морозы не хуже наших. А дороги — не сравнить. У наших чиновников просто карманы большие: губернатор Сахалина — яркий пример. До остальных не добрались ещё…

– В Корее есть коррупция?

– Практически нет! Лет пять назад, нам рассказывали, их премьер-министр был осуждён за то, что даже не он, а его дети занимались неположенными вещами. Ему срок дали условно, а детей посадили. И это правильно!

Сейчас все бьются за то, чтобы восстановить справедливость. А я так думаю: какая справедливость? Я там не жил! Есть, конечно, у меня родственники в Корее, сестра ездила, пробовала наводить мосты. Но они родниться не желают — и мы не стали настаивать. Пусть всё будет так, как есть. Я не чувствую себя корейцем — всю жизнь прожил в России. Но если есть такая возможность мир посмотреть — зачем отказываться?

У них, кстати, очень развита благотворительность. Например, мэрия и спонсоры два раза в неделю нас кормят бесплатно, прямо в помещении клуба. Очень вкусно, а клуб работает в любое время дня. Один раз в месяц мэрия предоставляет целый комплекс бесплатных услуг: массаж, стрижку, анализы крови, концерты дают прямо на улице для всех желающих.

– Не испытываете неловкости от того, что вас кормят, как нищих?

– Нет! В нашем районе нищих нет вообще, хотя он расценивается как район малоимущих. Но это по меркам Кореи. А по нашим — вполне зажиточные.

Ещё не поняли

– Какие там цены на продукты?

– Хлеб стоит 20 рублей на наши, молоко — 50, яйца — 90 три десятка, мы так берём. А картошка там дорогая. Но в супермаркетах постоянные акции — пишут заранее, какие товары сегодня продаются дёшево.

– То есть, малоимущими вы себя не чувствуете?

– Нет, конечно! На еду хватает, на одежду, обувь, путешествия. А что ещё надо? Вот ездили недавно в Китай, смотрели Великую стену. По Корее тоже нас возят.

– Значит, вы там уже прижились? А возможность передумать и вернуться на Камчатку есть?

– Мы ещё ничего не поняли, как следует! Можно, конечно, от всех благ, что дают, отказаться. Но пока мы ещё не всё посмотрели…

– Вы не выписаны с Камчатки?

– Нет, мы имеем двойное гражданство.

– Скучаете по полуострову?

– Скучаем — невозможно описать! Находимся там, а тянет сюда так — прямо еле выдерживаем этот период, до следующего разрешения на выезд. Это, считайте, на будущий год приедем опять на Камчатку в начале июня. Можем приезжать на 6 месяцев и 90 дней в общей сложности, или два раза в год по три месяца. В Милькове у нас дом, строили его для души, на земле. Приехали в июне, вскопали огород, всё посадили, теплицу обработали. Ходим на рыбалку. У меня жена — фанатик этого дела, ловит на крючок, блесну всё, что попадается — гольцов, хариусов, микижу, кунжу.

А главное, здесь такой воздух — не надышишься!

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах