aif.ru counter
13.06.2012 03:46
Анастасия Дудышева
336

Артистка Зоя Янышева – о театре, нравственном законе и родной речи

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 24. АиФ-Камчатка 13/06/2012
Фото: АИФ

В столице Корякии, кстати, спектакли драмтеатра последний раз видели почти 30 лет назад! Маленьким зрителям артисты представили сказку «Поросёнок Кнок», взрослым – комедию «Браво, Лауренсия!».

О северных гастролях и не только корреспонденту «АиФ-Камчатка» рассказала заслуженная артистка России Зоя ЯНЫШЕВА.

- Зоя Серафимовна, как вас принимали в камчатской глубинке?

- А как вы полагаете? Люди там живут изолированно, конечно, есть телевидение, DVD, Интернет – где-то хороший, где-то не очень, но театр заменить ничем нельзя. Когда живые артисты стоят на сцене и рассказывают тебе про тебя – это совсем другая магия. Нас принимали очень хорошо. Но горько от того, что многие дети до нашего приезда никогда не были в театре. Ведь театр обогащает и личностно развивает и зрителя, и актёра. Это ещё и очень интересный инструмент просветительства. Большое спасибо администрации края, которая профинансировала эти гастроли. Потому что, если бы их поставили на самоокупаемость, никто бы не смог купить билет. Цена была бы запредельно высока, а не 200 рублей для взрослых и 150 для ребёнка. Хотя и эти суммы многим не по карману.

Самое большое впечатление от этих гастролей – это замечательная природа, удивительные люди и… убогость их житья. Дикая безработица! Горькое впечатление от Оссоры. В магазинах можно увидеть полки начала 90-х годов. Предыдущий завоз «съели», а нового нет, потому что лёд стоит, суда не могут пройти. Мы познакомились с замечательной хозяйкой кафе «Алания» – моей тёзкой из Осетии. Я ещё в Петропавловске слышала, что в Оссоре есть некая Зоя, которая потрясающе печёт осетинские пироги. И мы попросили её это сделать, но она сказала: «Не могу, муки нет…». Но люди на Севере живут теснее и дружнее, на мой взгляд. Поэтому где-то у кого-то она смогла найти 3 кг муки и всё-таки испекла нам пироги… А когда я пыталась купить литр молока в тетрапаке, пусть и за 100 рублей, на меня продавщица сожалеющее так посмотрела и говорит: «Только у нас срок годности истёк. Самое свежее молоко 20-м мая закончилось…». Ладно я, приехала и уехала, обойдусь без молока. «А как же дети? Молочная кухня для грудничков есть?» – спрашиваю. «Да, молочная кухня есть», – с гордостью сказала она. – «А остальные дети как же?». – «Кое у кого коровы есть…» – ответили мне.

…Но люди живут. Живут и ждут рыбалку – этакий Клондайк времён золотой лихорадки.

Рубль дороже человека

- А взять благословенное Эссо. Термальная вода, гостиницы строятся, а работы нет. Не все могут организовать соб­ственный бизнес. И рыбы в Быстрой нет давно: река перегорожена – рыба на нерест не идёт. По законодательству мест­ное население имеет право на определённую квоту. А какая квота? Рыбы нет! А в Тигиле? Всё, что было – госпромхоз и прочие структуры, – развалилось. Значит, лишними они стали, а всё, что нужно сейчас, так это только качать из недр, не думая об экологии и людях, которые там живут.

Пока у людей в головах что-то не щёлкнет, лучше жить мы не станем. Ощущение, что или двоечники пытаются что-то решать, или воры. А порядочных и с мозгами, умеющих управлять очень мало. Кант говорил: «Есть два чуда – звёздное небо над нами и нравственный закон внутри нас». Так вот, звёздное небо осталось, но нравственного закона я во многих не наблюдаю. Пока рубль дороже человека, не будет будущего. Вот это самое горькое впечатление от гастролей. Больно, что пустеют посёлки, нет производства. Но люди! На Северах они – потрясающие, очень хорошие. Нам всегда старались помочь, душевно встречали и провожали, фотографировались, брали автографы... Спасибо всем-всем, кто нам помогал в домах культуры, гостиницах и общежитиях.

А ещё у нас был очень хороший экипаж вертолёта, потрясающие ребята – Юрий, Владимир и Александр. Они делали всё возможное, чтобы нас лишний раз не болтануло. А летали мы практически каждый день.

Масква и даска

- Я знаю, что, кроме работы в театре, вы преподаёте технику речи журналистам радио и телевидения. Зачем?

- Мне это было интересно ещё в институте, и даже мой педагог в ГИТИСе по сценической речи считала, что я просто обязана вернуться в аспирантуру, и очень рассчитывала на это.

- Есть ли на Камчатке местный говор?

- Есть, и он не годится для сцены, радио и телевидения. В устной речи существует определённое литературное произношение, за его образец взята московская речь. Но не та, которую утрируют: «Я в Маскве прашла па даске» – нет. Интеллигенция и коренные москвичи так не разговаривают, нет у них этой претенциозной растяжки и аканья. Составляющие дальневосточного говора – это равновеликость – все слоги тянутся во времени приблизительно одинаковое количество условных единиц. Также педалируется начало слова – мы как бы давим на него, и ещё роняется по силе голоса, финал слова становится тише – возникает ощущение, что сил говорить больше нет…

- Можно сказать, что некоторые журналисты на Камчатке говорят вашим языком?

- Я бы так не сказала. Не каждый, кто вырос на Камчатке, говорит орфоэпически неверно. Среда формирует речь, а ведь у кого-то мама с папой приехали сюда из других регионов страны. И вообще, можно жить где угодно и говорить при этом правильно, без говора.

- Расскажите, чем сегодня занимается ваш муж, бывший художественный руководитель Камчатского драмтеатра Валентин Зверовщиков?

- Сегодня Валентин Васильевич работает художественным руководителем Иркутского театрального училища. Кроме того, он также ставит спектакли. Например, в ТЮЗе «Укрощение строптивой» Шекспира. С артистами драмы делает «Калхас» Чехова, с учениками – чеховские водевили и «Сон в летнюю ночь», пьесу «Деньги для Марии». Готовится к Распутинскому юбилею, писатель Валентин Распутин – это икона Иркутска. Есть и много других проектов. Одним словом, много работает как педагог и действующий режиссер...

- То есть времени приехать на Камчатку, к примеру, на рыбалку, нет?

- Он не рыбак, он трудоголик. Мы очень давно вместе, и я всегда этому удивлялась. Мне бы с книжкой полежать на диване, а он отдыхать не умеет. Если не ставит спектакли, то пишет, рисует, играет на гитаре… Всё время что-то придумывает, иначе ему жить не интересно. В Иркутске вышла его третья книга, так он уже четвёртую готовит. Валентин Васильевич очень интересный, талантливый человек, хотя и с непростым характером. Но будь по-другому, я бы давно сбежала от него.

ДОСЬЕ

Зоя Серафимовна ЯНЫШЕВА – заслуженная артистка Российской Федерации, актриса Камчатского театра драмы

и комедии. После окончания ГИТИСа работала в Волгоградском театре драмы. На камчатской сцене с 1981 года. Считает, что никогда не поздно человеку стать человеком, а все люди когда-нибудь обязательно будут жить в любви и радости. Во всяком случае, стремиться к этому надо.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество