aif.ru counter
21.03.2012 01:23
Анастасия Дудышева
164

Что прозевали камчатские чиновники в запрещённом спектакле "Золушка"

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 12. АиФ-Камчатка 21/03/2012
Елена Зорина

В преддверии Международного дня театра корреспондент «АиФ-Камчатка» встретился с актрисой Камчатского театра драмы и комедии Еленой ЗОРИНОЙ. Той самой, которая сыграла главную роль в прогремевшем на всю страну спектакле «Золушка»…

Век актрисы

- Елена, почему после учёбы в Хабаровске вы вернулись домой, на Камчатку?

- Меня не устраивал Хабаровский театр. А на Камчатке опытные артисты занимаются с молодёжью, дают шанс проявить себя. К 30 годам в моём актёрском портфеле куча ролей, когда об этом узнают однокурсники – у них глаза на лоб лезут, большинство из них до сих пор играют в массовке. В Хабаровском театре присут­ствует московская система выживания: подсыпать стекло в грим считается в порядке вещей, и я с этим сталкивалась… Будучи ещё студентами, мы уже играли на сцене, некоторым актрисам это, естественно, не нравилось. Я очень мирный человек и не понимаю, зачем тратить свою жизнь на то, чтобы выяснять отношения или всё время чего-то бояться? Когда камчат­ская труппа выезжает на гастроли, наши коллеги из других театров удивляются: «А вы что, за одним столом с монтировщиками и парикмахерами сидите?». А чем они хуже нас, артистов? Да мы здесь каждое утро при встрече обнимаемся! Свадьбы, похороны – всегда вместе. Не всякий театр может похвастаться, что он – семья. Не скажу, что у нас всё время идиллия, как в любой семье, случаются разногласия, но мы умеем вести диалог.

- Вы когда-нибудь думали попробовать покорить Москву, как это периодически делают камчатские артисты?..

- Однажды меня позвали в московский театр, и я поехала. Но, поверьте, в Москве ещё хуже, чем в Хабаровске. К тому же я поняла, что столица – это не мой город, а для меня очень важно то место, в котором я живу. Не скажу, что Петропавловск меня полностью устраивает, конечно, нет. Ему не хватает развития, и не столько в плане красоты, сколько духовно. Нужно, чтобы люди развивались и не было такого: сегодня где-то поставили лавочки, а завтра они окажутся у кого-нибудь на даче. На Камчатке меня держит работа – спектакли, различные проекты, сидеть на месте некогда. Дала бы мне всё это Москва? Я не могу без работы. Артист без сцены начинает расслабляться, закисать. Из всех моих знакомых я не знаю человека, который добился бы каких-то высот в столице. А вернуться обратно уже страшно. Боятся осуждения за то, что не получилось.

Век актрисы короче муж­ского в четыре раза. В том, чтобы сидеть в Москве и надеяться на какое-то чудо, смысла нет. Ждать, что тебя позовёт мегарежиссёр, – глупо. Никогда не позовёт, потому что в столице есть свои кланы, свои студенты, и ты там – никто. А сниматься в сериалах – не моя мечта, было бы стыдно, если б узнавали только из-за этого. У меня и здесь берут автограф на улице, благодарят за спектакль. И мне этого вполне достаточно.

Наш театр – один из самых лучших на Дальнем Востоке. Здесь возятся с молодёжью – это самое главное. Когда ты ещё ничего из себя не представляешь, тебя как щенка бросают в воду – дают главную роль. В других театрах до 30 лет играют в массовке. А когда какая-нибудь актриса сломает ногу – обрадовавшись, вместо неё становятся Джульеттой. На материковских спектаклях запросто можно увидеть Джульетту пятидесяти лет да и Ромео примерно такого же возраста… Над этим хихикают, а у меня подобное вызывает умиление. В нашем театре такого быть не может.

Три цифры

- Простите, а над вами не хихикали, когда вы сыграли Золушку далеко не в 16 лет?

- Нет, потому что спектакль был как раз о взрослых, закомплексованных женщинах, которые считают себя полненькими. Мы хотели поддержать их, показать, что Золушка, в принципе, может быть именно такой. Мужчинам не нужны кости, они хотят держаться за что-нибудь тёплое. Красота Золушки в том, что она настоящая и живёт полной жизнью, несмотря ни на что.

- Тем не менее говорят, спектакль был о другом…

- Это кто говорит? Политики? Они всегда слышат и видят то, что хотят. На самом деле ещё у Шварца было написано, что король меняет время на часах. Да, совпало это с актуальной для нашего полуострова проблемой на тот год, ну и что? «Золушку» мы стали ставить задолго до тех митингов и совершенно не хотели никого обидеть. Естественно, чиновники не смогли увидеть самого главного – что спектакль о любви, о комплексах, о 90-60-90, в которые загоняют себя женщины. Через 50 лет мужчины придумают другие три цифры – и мы опять будем думать, куда деваться? Женщина должна жить в гармонии с собой и природой, только тогда она красива. Вот об этом был спектакль, а не о часах, которые перевели. Советскую экранизацию «Золушки» показывают каждый Новый год по телевизору, и никто не говорит: «Закрыть! У нас митинги!».

- «Золушка» придала вам популярности?

- «Золушка» придала нам всем популярности. И не очень-то хорошей. Не о такой славе мы мечтали.

- Принято много говорить о нехватке бетонщиков на Камчатке. А как обстоят дела с кадрами в театре?

- Артистов, конечно, не хватает. Причина проста: театр не может предложить им жильё. С горем пополам мы что-то пытаемся сделать, но всё это так медленно и безумно тяжело. Девочек у нас полно, а вот мальчиков мало. Привлечь их можно только квартирой, ведь им нужно содержать семью. Недавно на Камчатку приехал молодой режиссёр, он живёт на съёмной квартире, а скоро к нему приедет жена с ребёнком…

- Я знаю, что у театра есть свой преданный поклонник, который не пропускает ни одного спектакля?

- Это наш постоянный зритель Михаил, он очень любит театр, знает все биографии артистов, ходит на все спектакли, дожидается окончания и пока каждому руку не пожмёт – не уходит. Это вдохновляет, умиляет, даёт новые силы. У таких людей надо учиться чистоте и доброте, потому что мы настолько увязли во всей этой политике и грязи, что позабыли о каких-то других, важных вещах. Вот Михаил нам напоминает об этом, и мы только можем сказать ему: «Спасибо».

- Какой у вас рабочий график?

- Сумасшедший. Мы начинаем работать в 11 утра, освобождаемся в лучшем случае в 9 вечера. Прежде чем выйти на сцену, артист должен сделать анализ своей роли. Это огромный труд, я не говорю уже про физическую работу, о том, что мы тут пляшем с утра до ночи, хоть и не балет, но если говорят за месяц выучить фламенко – не важно, что кастаньеты в руках никогда не держал.

Заглянуть в себя

- В театре порой происходят мистические случаи. У вас такое было?

- Мы ставили актёрский балет «Письма памяти», посвящённый Великой Отечественной войне. Там есть сцена, в которой убивают мужчин, идёт перестрелка, звучит песня «Журавли»… В декорациях висел огромный дом с окнами без стёкол и на одной из последних репетиций эти два окна упали и разбились. Музыка затихла, мы все очень испугались… Декорации падают – такое бывает, но именно в тот момент все одновременно почувствовали присутствие какой-то мистической силы. А ещё с моей подругой был случай: как-то она проходила вечером через сцену и в темноте увидела силуэт мужчины, который у нас работал монтировщиком и повесился прямо под этой сценой. Мистика и театр стоят близко друг к другу. Все артисты обладают хорошей интуицией, а это какое-то очень странное чувство, согласитесь…

- А в приметы вы верите?

- Я не грызу семечки, чтобы не «отщёлкивать» зрителя. Не выхожу на сцену в обуви, в которой хожу в повседневной жизни. Сцена живая и может отомстить, обидишь её – и она обязательно тебя подставит: споткнёшься или упадёшь, что-то пойдёт не так. Ещё обязательно молюсь перед выходом. Есть у нас актриса, которая на поклоне всегда трогает сцену. Такая у неё традиция.

- Театр называют храмом Мельпомены или храмом искусства. А на ваш взгляд, что это такое?

- Церковь нас не очень поддерживает, но это действительно храм, ведь мы, как врачи, разговариваем с душой, говорим человеку: загляни в себя. Ведь театр существует не только для того, чтобы посмеяться, но и для того, чтобы подумать. Зрители делятся на тех, кто приходит сюда поразмыслить, и тех, для кого театр – лишь погремушка. Они хотят развлечься, потому что устают дома и на работе, но не желают развиваться – боятся лишний раз себя тормошить, жалеют. Но я их тоже люблю.

ДОСЬЕ

Елена Евгеньевна Зорина родилась 2 октября 1982 года в г. Калуге в семье геологов. В шесть лет переехала с родителями на Камчатку. Окончила Хабаровский институт искусств. С 2003 года – артистка Камчат­ского театра драмы и комедии.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество