aif.ru counter
04.08.2015 15:17
746

Новая глава Антона: «Мне только 20, а я уже видел войну... и Тихий океан»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 31. «АиФ-Камчатка» 28/07/2015
Беженцы с Украины начинают новую жизнь на Камчатке.
Беженцы с Украины начинают новую жизнь на Камчатке. © / Александр Комисарук / АиФ-Камчатка

Нормальная жизнь этого парня — работа, учёба в вузе на заочном, друзья, девушка, родители — была в прямом смысле разбомблена снарядами и смешана с Луганской землёй. У него не осталось родных, и он в одиночку начал новую главу своей личной истории на Камчатке.

На полуостров Антон Стеценко прибыл 2 сентября прошлого года с первой большой группой украинцев, бежавших от войны в Россию. Почти год жизни на Камчатке показал главное: люди здесь дружелюбные, готовые прийти на помощь и поддержать в трудную минуту. Есть крыша над головой, есть коллектив, который тепло принял молодого специалиста, новые знакомые и друзья...

Но всё ещё не проходит шок от грубого вмешательства военных действий в мирную жизнь семьи Стеценко. И Антон в очередной раз восклицает: «Мне только 20, а я уже видел войну... и Тихий океан, который не мечтал увидеть вообще».

Родители не успели

Анна Андреева, kamchatka.aif.ru: Антон, где застали тебя боевые действия?

Антон Стеценко: В Славянске, где после окончания колледжа я работал в школе преподавателем труда и учился заочно. Всё разворачивалось на моих глазах. В Славянске стояли ополченцы, а за городом шли бои. Мы никак не думали, что это может произойти у нас! Идёшь, а мимо проходят люди с автоматами. От этого не по себе. В Луганске я видел, как после бомбежки с самолёта, на улицах лежали убитые люди. Потом долго не мог есть...

При первой возможности я уехал работать в Крым. 29 августа позвонил в свою школу и узнал, что детей в Славянске осталось очень мало, на базе нашей школы объединились ещё две, и молодым специалистам работы теперь нет.

Пока был в Крыму, под обстрелом погибли мои родители. Они всё собирались уехать в Ростов, но не успели. Их в машине снёс потерявший управление «КамАЗ», которому прострелили колёса. Возвращаться мне было некуда — осталась только разбомблённая квартира без окон и дверей. Был вариант пойти в ополчение, но я не служил в армии. Когда после колледжа встал выбор: работать в школе или служить, я выбрал первый вариант, а мой друг — второй. Он попал в «Беркут», стоял на Майдане, и не знаю, жив ли он.

В Крыму многие удивлялись нашим рассказам и фотографиям. Там ещё вещали украинские телеканалы, а в том, что они льют потоки лжи, я убедился лично, когда был в Славянске возле здания милиции во время его захвата, и потом сравнил эти события с тем, как их описывали украинские СМИ.

В общем, как и многие жители Луганской и Донецкой областей, я решил, что нужно перебираться в Россию. 31 августа прошлого года я приехал на вокзал в Симферополь, где базировался штаб для беженцев, и оттуда автобусом нас увезли в лагерь «Артек». Сообщили, что завтра будут самолёты на Камчатку и в Читу.

Неравнодушные люди

– Почему выбрал Камчатку?

– Говорили, что здесь условия будут лучше: помимо размещения в пунктах временного проживания, с нами будут работать все необходимые службы, а в Чите такого социального сопровождения не предлагали. Я не жалею, что выбрал Камчатку.

Встретили нас хорошо: были представители власти, психологи МЧС, люди, пожелавшие нас поддержать. Сразу выдали тёплую одежду и одеяла, потому что мы прилетели в шортах и футболках, у многих не было больше никаких вещей. Я оказался среди тех, кого привезли в Петропавловск и поселили в общежитии на улице Командорской. Уже на следующий день с нами начали работать специалисты службы занятости, и я увидел, насколько неравнодушные люди здесь живут. Узнав, что я педагог, девушка из службы занятости сказала, что может поговорить со своей сестрой, которая работает учительницей в коррекционной школе. Так я нашёл работу — приехал на собеседование и уже с 22 сентября стал вести уроки труда.

– Наверное, непросто было свыкнуться с такими переменами. У тебя оставалась связь с родиной?

– Мне, действительно, было сложнее, чем большинству моих товарищей по несчастью. Потому что они ехали с родными или с друзьями, а я один. Уже здесь начали знакомиться, общаться: кто из Луганска, кто из Славянска, из Донецка... Встретил знакомого из Одессы. Потом, совсем случайно — своего одноклассника из Лисичанска. Проблема у всех одна: боевые действия. У кого-то остались там близкие, но они избегают обсуждать эту тему — боятся, что телефонный разговор прослушают или взломают страницу в соцсетях, и накажут за излишнюю откровенность.

Случаи разные бывали. Эта война даже родственников раскидала по разные стороны баррикад. Дядя из Днепропетровска отказал в приюте племяннице из Донецка, жена-киевлянка сдала спецслужбам мужа, поехавшего на Донбасс защищать родителей. Даже не знаешь, что страшнее — предательство или смерть?.. А у меня никого не осталось. 6 октября, когда я уже работал в школе, получил известие, что погибли мои бабушка и дедушка. Сперва их обоих ранило осколками снаряда, попавшего в огород. Они три недели провели в больнице. Швы после операций затянулись, их выписали, но они даже до дома не успели дойти. На этот раз было прямое попадание…

Не знаю, смог ли я выдержать эту новость, если бы не поддержка новых коллег. Это очень душевные люди, они мне сильно помогли. И поговорить с ними можно в трудную минуту, и денег собрали, чтобы я мог выслать на похороны бабушки с дедом. Также по работе подсказывают, объясняют: у меня же опыта было не очень много, а с учениками коррекционной школы и вовсе никакого. Первое время было трудно. Постепенно освоился, увидел, что эти дети очень благодарные, им нравится что-то делать руками, они довольны, когда им это удаётся. Всегда встречают меня радостно, делятся своими переживаниями... В декабре мы участвовали в краевом конкурсе «Лучший по профессии» среди коррекционных школ, и мой ученик Николай Шуста занял третье место — было очень приятно нам обоим. Как его преподаватель я тоже получил грамоту и сказал себе: «Моя первая грамота на новом месте — начало положено».

«Эти дети очень благодарные, им нравится что-то делать руками». Фото: АиФ

Вторая родина

– Ты уже почти год прожил на Камчатке. Каковы впечатления, и что планируешь делать дальше?

– Конечно, сильнее всего впечатляет природа. Океан, вулканы, рыба — всё это мощно! Первое землетрясение, первая зима, когда снега выпало столько, сколько я за всю предыдущую жизнь не видел — очень интересно! Люди открытые, дружелюбные, охотно помогают, никогда не отказывают. Город, конечно, маленький, но не запущенный, а новые микрорайоны очень красивые. Цены высокие, но и зарплаты не маленькие.

Вообще, с точки зрения социального обеспечения здесь много плюсов. Мне нравится, что есть школьные автобусы, и детям удобно добираться на учебу. Что уже через год у меня будет право бесплатного проезда в отпуск на материк. Что очень слаженно работают все государственные структуры и краевое правительство — в этом я убедился как переселенец. Нас вели и поддерживали, быстро реагировали на все нужды, организовали трудоустройство, помогли вступить в программу добровольного переселения — это большой плюс, потому что теперь процедура вступления в гражданство РФ намного быстрее и проще. Сейчас я оформляю документы на гражданство. Планов много. Буду жить и трудиться. Есть желание в армии послужить, и в море можно сходить, а ещё хочу получить высшее образование.

Точно знаю одно: возвращаться на Украину не буду. Перемены, которые принесли туда политические дрязги, оказались слишком разрушительными. Там, где цвели красивые города — разбитые дома и кучки людей, пытающихся выжить в этом кошмаре. Надеюсь обрести вторую родину на Камчатке.

Анна Андреева

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество