Островскому и не снилось

   
   

Если бы сам Александр Островский увидел такую "Женитьбу Белугина", он не то, чтобы удивился, но посмотрел бы с большим интересом. Его не самая лучшая пьеса, созданная в соавторстве с учителем арифметики Николаем Соловьевым, поставлена, может быть, еще живее и комедийнее, чем написана.

Режиссёр Валентин Зверовщиков закрутил спектакль на здоровом юморе, безудержных танцах и песнях, да таких, что со свистом и треском. Но при этом оставил ясным звучание голоса самого драматурга. Казалось бы, у него и век XIX, кстати, старательно до говора и одежды на сцене воссозданный, но типажи и темы неизжитые и сегодня. Только решаются последние - с лёгкостью, завидной в жизни.

Молодой купец-фабрикант разрывает выгодную помолвку - без ума влюблен в девушку из "благородных". А та, как бывает у маменькиных дочек, страдает от чувств к красавцу подлецу. Правда, выходит по расчёту за купца, почти изменяет ему, но всё кончается хорошо - жанр обязывает. Открытий, казалось бы, никаких. Но масса актёрских и режиссёрских находок спасают от штампов. Так, обаятельный искуситель Николай Гашин, в исполнении Дмитрия Андрюхина, похрапывает на диване под морализаторские речи "прынцессы" Карминой (С. Дударева), заискивающе лает болонкой перед её маменькой Ниной Александровной (Т. Авраменко), а его друг Андрей Белугин (П. Колотовкин) босиком, в сорочке и ночном колпаке крадётся к собственной недоступной, но обожаемой жене Елене. Ему же в ответ - маменькино: "Что вы, что вы?! Леночка спит".

Сама Кармина-мать, пересчитывая 75 тысяч билетов купеческого банка, от радости пищит так, что, кажется, вот-вот наружу вылезет вся меркантильность женской души. И смех, и страх берёт от настоящей домостроевской четы Белугиных-старших (А. Лепеев, Т. Артемьева), в которой муж грозен настолько, что жена - все равно что вещь.

Режиссёр, внимательно прочитав островские детали, расширил и подробно проработал те образы, которые у писателя были не заметны. Это до зрительского хохота умилительно трогательный и влюблённый человек Иван (К. Зобков), вкусно объявляющий начало и конец актов Прохор (А. Сташевский). А также те, кого в пьесе драматурга совсем не было: хор, московские жители, гости на свадьбе, среди которых самым почётным - такой комплимент публике - Галина Астраханкина.

Вся лихость спектакля достигает апогея в конце, когда перед зрителями раскручивается настоящий комедийный перфоманс, так и оставивший многих из них в замешательстве, не приснившийся бы даже Островскому, но давший почувствовать: вся жизнь - и правда комедия. И если кто-то и не испытал от новой камчатской театральной премьеры эмоционального ожога, то ощущение на сердце тепла и тайного знания безмерной русской души - уж точно.

Смотрите также: