Сейсмоопасный дом или, Битва на улице Обороны

Дом «пригодный» для проживания. © / АиФ

Новости о чаяниях и нуждах жильцов многострадальных домов на петропавловской улице Обороны 1854 года то и дело появляются на страницах камчатских СМИ. Об этом не единожды рассказывалось и в «АиФ-Камчатка».

   
   

Люди стучат во все двери, пытаясь доказать, что им страшно жить в сейсмоопасных домах. Тем более, когда соседнюю Японию трясёт всё чаще...

Чудеса в Завойко

– Наш дом был построен в 1980-м на улице Петра Ильичёва, 56. И уже через 10 лет его признали сейсмоопасным и непригодным для проживания — ещё при советской власти специальная комиссия определила конструктивные нарушения, — рассказывает жительница Завойко Наталья Сурженко. — Жильцов стали переселять в другой дом, которому для удобства даже присвоили тот же адрес. Но во время развала Союза на Камчатку пришёл украинский крейсер, экипаж которого решил служить под российским флагом. Свободные квартиры в новом доме отдали вновь прибывшему личному составу, а мы так и остались жить в старом. Какое-то время в Петропавловске было два дома, которые находились в разных местах, но имели один адрес: Петра Ильичёва, 56. Потом на нашем доме всё-таки поменяли табличку, он «переехал» на ул. Обороны, 18. Тогда жильцам сообщили, что у нас не только новый адрес, но и здание перестало быть сейсмоопасным... Такие вот чудеса с превращениями.
Заброшенная квартира. Фото: АиФ

Те, кому было куда уехать, вскоре побросали свои квартиры, остались я с мужем и ещё несколько семей. В конце девяностых наша жизнь стала похожа на ад. Подъезд отключили от отопления и ГВС, трубы с холодной водой перемёрзли и полопались. Зимой всё до второго этажа заносило снегом, а в пустующих квартирах собирались бомжи. Тогда на одном электричестве и выжили, хотя счета в квитанциях выставлялись и за отсутствующее отопление, и за горячую воду. Потом, правда, через суд сделали перерасчёт и деньги вернули.

Тем, кто остались, военные обещали купить новое жилье. Однако в 2004 году здание передали из военного ведомства мэрии Петропавловска. Мы тогда выдохнули с облегчением — надеялись, что хоть что-то будет сделано. Но помощи от чиновников так и не дождались: сотрудники горадминистрации стали обвинять нас, что мы сами довели дом до такого состояния. Акт о том, что здание сейсмоопасно, волшебным образом исчез, а в 2007 году межведомственная комиссия признала дом пригодным для проживания, но требующим капремонта. Кстати, мы этой комиссии в глаза не видели.

«Уютный» подъезд. Фото: АиФ

В 2009 году официальное техническое обследование дома провела компания «Проект М». Пять лет назад директор компании Иван Алексеенко подтвердил журналисту «АиФ-Камчатка», что дом № 18 на улице Обороны построен с серьёзными дефектами — закладные детали, которые связывают бетонные блоки, установлены не везде, где необходимо, а фундамент и сейсмопояс частично разрушены… «Укреплять здание — не имеет смысла, это очень дорого — говорил Иван Алексеенко. — Строительство нового дома обойдётся дешевле. А этот при сильном землетрясении — разрушится…».

Стена в подъезде. Фото: АиФ

По закону?

На сегодняшний день три экспертных комиссии признали дом не сейсмостойким, есть заключение и межведомственной комиссии, что старое здание может рухнуть в любой момент. Но здесь до сих пор живут люди, ждущие расселения…

   
   

Казалось бы, счастливый конец этой запутанной истории близок. Однако битва жильцов с чиновниками продолжается. А Наталья Сурженко, ко всему прочему, платит за электричество огромные деньги.

– Я как будто смотрю телевизор в подъезде, а обед готовлю в подвале, — негодует пенсионерка. — Удивительно, но цифры в графе «ОДН» есть только у меня, у соседей — ноль. У них нет индивидуальных приборов учёта, они платят по нормативу в соответствии с количеством прописанных. При этом законно живут в нашем доме — единицы, остальные не постеснялись самовольно занять пустующие квартиры. Ежемесячно я переплачиваю до полутора тысяч рублей, а объяснить, почему мне одной выставляют эти счета — не может никто. «Достаю» этим вопросом прокуратору, «Оборонэнергосбыт», госжилинспекцию, но вразумительного ещё ничего не услышала. Не платить по квитанциям не могу — очень не хочется оказаться в позорном списке должников. Поэтому ежемесячно отдаю деньги и думаю — как же ловко поставщик энергоресурсов переложил свои финансовые проблемы на меня.

Инспекторы… с улицы

Недавно Наталью Сурженко пригласили поучаствовать в заседании рабочей группы «Общество и власть» Камчатского регионального отделения Общероссийского народного фронта России. В повестке встречи, прошедшей 27апреля, значилась «удовлетворенность жителей полуострова работой Государственной жилищной инспекции края». Вопросов было много, но далеко не на каждый из них у заместителя руководителя краевой ГЖИ Фатимы Кудзиевой нашёлся ответ. И выдержкам из Жилищного кодекса РФ, которыми так часто пестрят официальные ответы из её ведомства, Фатиме Михайловне отделаться не удалось.

– Я понимаю, что претензий к нашей работе много, но объективные причины есть. Маленький штат, скромная зарплата, из-за этого нам приходится набирать людей буквально с улицы, — сказала чиновница. — И всё же я не согласна с обвинениями в наш адрес, что ГЖИ не выполняет свои обязанности перед собственниками жилья и с тем, что наши ответы — формальные отписки. Мы действуем в рамках существующего законодательства, и если оно не устраивает кого-то, то претензии нужно предъявлять не нам.

В квартире Натальи Сурженко. Фото: АиФ

Камчатские «фронтовики» отметили, что в рамках существующего законодательства жилищные инспекторы не всегда отвечают на обращения граждан, а если и отвечают, то конкретику в их письмах ещё нужно постараться найти. А если выносят предписания недобросовестным управляющим компаниям, то за выполнением требований следят не всегда. Кроме того, жилинспекторы почему-то не жалуют практику обращений в суд для защиты интересов собственников жилья, хотя такие полномочия есть. На большинство конкретных вопросов заместитель руководителя ГЖИ отвечала примерно так: «Я не видела этого обращения», «Этим занимается не мой отдел» и «Я не готова сейчас сказать точно»…

Что же касается ситуации с выставлением счетов за потребление электроэнергии в местах общего пользования пенсионерке Натальи Сурженко, то Фатима Михайловна заявила, что с этим вопросом нужно разбираться. Как долго продлится это разбирательство — конкретизировано не было.

Те, кому было куда ехать, сразу уехали... Фото: АиФ

Не так давно президент Путин общался с россиянами посредством «Прямой линии». Почти четыре часа глава государства «лёгким движением руки» решал проблемы достучавшихся до него жителей страны, которые до этого долгие годы боролись с произволом властей на местах. Выходит, дело не в рамках «плохого» законодательства, а в нежелании чиновников работать?

В ожидании Путина. 2010 год. Фото: АиФ

Кстати
Когда Владимир Путин летом в 2010-го года приезжал в Петропавловск, он побывал в строящемся кафедральном соборе, а заодно заглянул в общаги, которые находятся неподалеку. Путину не понравилось, как в них живут люди. «Мягко говоря, очень скромно, если не сказать плохо», — произнес он в телекамеры. А затем обратился к губернатору: «Деньги у вас есть... Займитесь, прежде всего, расселением таких трущоб…». Чиновники тогда посмеивались, вспоминая этот эпизод. Общежитие, в котором побывал Путин, по камчатским меркам считалось вполне приличным. «Он просто настоящих трущоб не видел», — говорили в администрации Петропавловска. А в квартиру пенсионерки Натальи Сурженко на улице Обороны 1854 года № 18 Путин, конечно же, не заходил. Хотя она искала с ним встречи. Услышав по радио, что Владимир Владимирович приедет в кафедральный собор, Наталья Михайловна, несмотря на дождь, простояла у церкви с раннего утра до позднего вечера, но Путина не дождалась. В храм он приехал глубокой ночью...

Смотрите также: